Суть коммуникативного подхода в психологии состоит в предположении, что для каждого психического феномена можно найти коммуникативную ситуацию, в которой он укоренен.

Теория и методы - коммуникативный анализ

Название лекции — одна из центральных формул начального этапа работы над собой в том ключе, который мы сейчас считаем основным. За последнее время в этой технике прояснились некоторые детали, которые могут помочь в систематическом ее выполнении.

1.

Прежде всего нужно хорошо освоить Берновское разделение Эго-состояний: Эго-состояние Ребенка, Эго-состояние Родителя, Эго-состояние Взрослого. Освоить — значит научиться достаточно регулярно и определенно обнаруживать себя и других в этих состояниях. И может быть даже составить какой-то список: когда я там бываю, что запускает это состояние, какие я при этом переживаю чувства и пр.

Я напомню, что такое Эго-состояние, потому что это та эмпирическая реальность, с которой можно начать. Бёрн всячески с гордостью подчеркивает, что у него это не абстракции, как у Фрейда, а  реальные наблюдаемые феномены: мы действительно бываем в разных эго-состояниях. Как вы понимаете, это варианты общей идеи множественности личности. Мы действительно в Эго-состояниях бываем, и можем это в себе наблюдать.

Детские состояния, с одной стороны, — ресурсные, творческие, радостные, и т.п. Значительная часть нашей энергии находится в детских состояниях и реализуется в детских состояниях.

(Кстати, по ходу дела надо иметь в виду идею state dependent, то есть зависимости от состояний самых разных человеческих проявлений — мышления,  эмоций, ресурсов, знаний. Все это и многие другие человеческие проявления зависят от состояния. То, что мы имеем и умеем в Детском состоянии, может оказаться недоступным ни во Взрослом, ни в Родительском. Соответственно, необходимо сохранять за собой или обеспечивать себе доступ к соответствующим ресурсам).

Однако помимо ресурсных, Детские состояния бывают часто неудовлетворительными, то есть у каждого из нас имеет место набор эго-состояний Неблагополучного Ребенка. Это жалость к себе, страхи, обиды, чувство вины и прочее в таком роде.

Раньше я говорил, что нужно отнести, «делегировать» все проблемные эмоции, мысли и прочее Ребенку. Теперь я могу сказать об этом точнее: нужно обнаружить, что подвопросные состояния — это Эго-состояния Ребенка.

2.

Дальше необходим некоторый психологический «трюк». Когда я обнаруживаю себя в Эго-состоянии Ребенка, точнее — в одном из Эго-состояний Ребенка, и именно тем, что я обнаруживаю себя в определенном Эго-состоянии, —  я фактически уже раздваиваюсь. То есть для того, чтобы я мог обнаружить себя в определенном Эго-состоянии, должен быть кто-токто обнаруживает и наблюдает, и кто-токого обнаруживают и наблюдают. И тот, кто наблюдает, — это зародышевая форма будущей Работы.

(Прим. Позже я назвал эту фигуру Ускользающим «Я», и давно обещаю прочесть специальную лекцию на эту тему).

Так вот, этот Наблюдатель теперь должен еще уметь отделиться от того Эго-состояния, которое он наблюдает, — в нашем случае от Детского Эго-состояния. Находясь в Эго-состоянии Ребенка — прыгая на одной ножке, или испытывая страх, обиду, любую другую достаточно сильную эмоцию, — я еще теперь должен отделить себя Наблюдающего от себя, находящегося в этом Эго-состоянии. Этот трюк легче понять и выполнить тем, кто практикует самопамятование и самонаблюдение по Гурджиеву. Но, так или иначе, это сделать можно.

3.

Следующий «трюк», еще более сложный. Нужно перенести Я (Самость, ощущение себя) в Наблюдающего. Из Ребенка, который захватывал, занимал все пространство «меня», так что только маленькая частичка была Наблюдателем,  я, во-первых, эту частичку отделил, так что «меня» стало уже двое (я Наблюдающий, и я — находящийся в эго-состоянии Ребенка). А во-вторых, я теперь говорю, что «Я»-то как раз — это Наблюдающий, а Эго-состоянию Ребенка отказываю в присвоении «Я». (Это можно назвать «правом подписи»).

Вопрос: Но при этом пока допускаю за ним сохранение контроля?

М.П.: Ну, сохранение контроля уже не допускаю, поскольку это же не Я. А допускаю, что какой-то частью моих физиологических и психологических ресурсов оно, это Детское Эго-состояние, в данный момент распоряжается.

Вопрос: Ну, то есть, некоторую свободу поведения, неконтролируемость со стороны того Я, которое признал своим. 

М.П.: Да, я даю ему быть. И делаю это очень тщательно, чтобы не забить, не погасить  то, из-за чего все затевается, чтобы иметь возможность наблюдать «его» (то есть себя-Ребенка) боящимся, или обиженным, или иначе как-то неблагополучным. Я даю ему/ей, быть таким, какой он/а есть, но при этом не говорю уже этому «Я», поскольку Я — это тот, кто наблюдает.

Вопрос: Так все-таки кто контролирует ситуацию, я или Ребенок? В каком месте можно этому Ребенку дать свободу действий?

М.П.: Свободу действий давать ему вообще нельзя. Лучше бы не давать. И каждый из нас, кто когда только может, в общем, так и старается делать, то есть не выпускать Неблагополучного Ребенка во внешнее поведение. Ну, не ныть, не вешаться на других,  и т.д. Но при этом — это тонкая и сложная штука, —  не вытеснить, не загнать, а дать ему/ей быть со всем, что он/а имеет, и там, где находится.

Вопрос: Это выносимо вообще?

М.П.: Это выносимо, это нормальная процедура самонаблюдения.

Вопрос: У меня такое ощущение, что в каких-то состояниях этот Ребенок, если вот ему действительно просто давать быть, при этом ничего с ним не делать, и наблюдать его боящимся, он начинает так верещать, что уши закладывает.

М.П.: Ну, у меня Ребенок тихий. Он в таких случаях тихо плачет в уголочке. Но, тихий он или громкий, его надо заметить, выслушать и услышать. Ему надо давать быть, но это не значит давать ему внешне проявляться, психика же вся виртуальна.

Вопрос: Как это?

М.П.: Ну, например, Внутренний Ребенок обиделся и сидит там обиженный, даже может быть, тихо плачет в уголочке, а мне надо лекцию читать. Я читаю себе лекцию, моя говорилка, мой аппарат поведения занят чтением лекции, а он там сидит и плачет.

Вопрос: Чтение лекции — это что-то абстрактное. А если ты конкретно на кого-то обиделся, и потом тебе надо общаться с этим человеком?

М.П.: Это действительно непростая техника, она требует неотождествления, она требует Гурджиевской практики, самонаблюдения, неотождествления и прочих хороших вещей.

В социальном поведении, так или иначе, каждый из нас в достаточной степени умеет себя вести. А внутренне Ребенку выделяется сцена, на которой ему позволено проявиться так, как ему надо, — но на его специальной сцене, ограниченной его специальной рамкой.

Есть очень хорошая работа социолога Ю.Н.Давыдова о формировании древнегреческого театра. Он этот трюк назвал «феноменом рамки». Первоначально была мистерия, в которой участвовали все, там набрасывались на жертвенного козла. А затем «трагедия» (траг-одия), как песня этого жертвенного козла, оказалась заключенной в рамку театра, стала осуществляться на сцене, а зрители теперь уже не участвуют в мистерии, а становятся именно  зрителями, глядящими на отгороженную от них рамкой сцену. Так возникает театр, и в этот момент в европейской культуре возникла виртуальная реальность психики, заодно с умением себя вести.

Вопрос: И это все параллельно с каким-то внешним взаимодействием?

М.П.: Легче, конечно, проделать это все  рекапинге, то есть по поводу прошлых состояний..

Вопрос: То есть это по большей части не про жизнь?

М.П.: Ну, бывает, что нужно и в жизни, но мы не про жизнь говорим, мы про Работу говорим. Мы говорим про психотехнику становления Родителем самому себе. Когда ты это проделаешь дома раз, два, три, пять, эта техника будет освоена и всегда будет с тобой, ты теперь уже обладаешь этой психической структурой.

4.

Ребенок (особенно Неблагополучный Ребенок) всегда обращен к Родителю. Он всегда осуществляет свою жизнь, в том числе и переживает и выражает свою эмоцию в обращении к Родителю. Наблюдатель, обнаруживший рядом с собой Неблагополучного Ребенка, имеет возможность дать в себе ход естественному инстинктивному желанию этому Ребенку помочь. Технически это можно описать так, что Наблюдатель выделяет из себя фигуру Родителя, по возможности сохраняя при этом собственную позицию Наблюдателя.

(Примечание. Именно в этом состоит техника «ускользающего «Я»).

Появившийся Родитель займется тем, что будет помогать этому Неблагополучному Ребенку. Это происходит как естественное движение души: я бегу помогать этому Ребенку. При этом полезно, а может быть даже и необходимо оставить отдельно Наблюдателя, то есть увидеть, что «я», — а потом это окажется лишь некоторая часть «меня», — попал в Эго-состояние Родителя. Отделив в себе Ребенка, я попадаю в состояние его адресата, точнее — формирую в себе фигуру, выполняющую роль этого адресата жалоб Ребенка.

Вопрос: А если адресат внешний, а не внутренний?

М.П.: Именно в этом все дело. В этот момент нужно заметить неадекватность адресации к внешней фигуре, взять Ребенка себе, т.е. направить его коммуникацию на Внутреннего Родителя.

Вопрос: Ребенка-то я возьму, но Ребенок все равно продолжает адресовать это наружу, то есть ему надо объяснить, что надо вообще обращаться не туда — это еще отдельная песня.

М.П.: Отдельная песня. И надо пропеть эту песню.

Вопрос: Так Ребенок в этот момент не соображает.

М.П.: Ребенок-то не соображает, но, как правило, там возможность состоит в том, что Ребенок обращается к своему Родителю. Если он проецирует это на внешнюю фигуру, то не более чем проецирует.

Вопрос: Подожди, ну, если он проецирует обиду, скажем, на другого Внутреннего Ребенка?

М.П.: Не понял. Я настаиваю на том, что Ребенок обращен к Родителю.

Вопрос: А что, он не может быть обижен на другого Ребенка?         

М.П.: Жалуется-то он все равно Родителю. Обида Ребенка всегда адресуется Родителю.

5.

Для опоздавших. Я рассказываю о том, как стать Родителем своему Внутреннему Ребенку.

1. Я начал с того, что, прежде всего, нужно научиться замечать и отмечать в себе эго-состояние Ребенка по Берну, или эго-состояния Ребенка.

2. Дальше шаг — если я это замечаю, значит, есть во мне еще кто-то, кто это замечает, и это не Ребенок. Я разделяю себя на того, кто это замечает, и того Ребенка, которого я замечаю. Теперь я уже не нахожусь в эго-состоянии Ребенка, я нахожусь одновременно в двух разных эго-состояниях, я уже не отождествлен.

3. Дальше мне надо перенести себя в Наблюдающего и  в этот момент сказать: «Не я обиделась, или не я боюсь», — а: «Ребенок во мне боится». В этот момент я, который не Ребенок, инстинктивно бежит этому Ребенку на помощь. Речь идет всегда о Неблагополучном Ребенке. О Благополучном не идет речь, это отдельная песня, отдельная глава, отдельная лекция.

Вопрос: Михаил Павлович, ну вот я пытаюсь вот это представить, мне все понятно, кроме того, что вот этот Родитель он не бежит инстинктивно к Неблагополучному Ребенку. Не срабатывает это легко и просто, что надо сразу спасать его.

М.П.: Если не срабатывает, значит, что-то тормозит. Про это опять же, отдельная песня, там есть набор тормозов, они обсуждены. Этот Ребенок не нравится, ощущение собственного бессилия, ну и масса всяких этих вещей.

Так вот техника состоит в том, чтобы заметить этот момент намерения помочь Ребенку, оно – инстинктивное, это в нас заложено. Это неизбежное инстинктивное движение, оно до симпатии, антипатии, до «что делать». Это движение души нужно заметить, на нем нужно сосредоточиться, оно помогает, оно дает возможность. Если его заметить, там и формируется Родитель для этого Ребенка.

Вопрос: Причем, здесь к тому, что сейчас ты проговаривал про то, что «что мешает», можно попытаться, заметив, что не идешь на помощь этому Ребенку, обратить внимание на то, что там возникает отрицательная эмоция по этому поводуи ее разделить на того, кто хотел идти к этому Ребенку, и того, кто не разрешил, и тот, который хотел идти — он и есть Родитель, а тот, который не пускает — он Грызла.

М.П.: Ну, да, там может быть сложная структура.

4. Ну, вот, а дальше, как выяснили, вопрос о присоединении. Слияние уже исключено, потому что я этого Ребенка отделил от себя и установил контактную границу между собой и этим ребенком. Ну, а во-вторых, теперь мне на контактной границе нужно дать Ребенку понять, что я с ним. Нужно взять этого Ребенка себе, то есть пресечь его желание обратиться вовне. Это делается за счет того, что я не даю этому Ребенку «вести себя» — то есть меня. Пока я просто нахожусь в эго-состоянии Ребенка, я веду себя как Ребенок. Когда я проделал всю эту сложную штуку, я этому Ребенку «вести меня» не даю. Хотя, конечно частью моих ресурсов он владеет, ну там типа мимикой, какими-то частями нервной системы, симпатической особенно. Чтобы он проявился, хотя бы даже на виртуальной сцене, он должен иметь часть ресурсов для этого.

Итак, когда эти ходы осуществлены, осуществлено присоединение, и в обе стороны посланы сигналы: «Я с тобой», — «Да, я понимаю, что ты со мной», ситуация Внутреннего Ребенка меняется, потому что ситуация Неблагополучного Ребенка — это всегда ситуация Неадекватного Родителя.

По этому поводу можно  вспомнить прошлую лекцию, то есть весь штат Неадекватных Родителей отсматривается по другой схеме в отдельной работе, не в этой.

5. Так вот, когда это сделано, Внутренний Родитель этого Ребенка продолжает тщательно следить за тем, чтобы все контакты этого Ребенка шли через него. И собственно на этом задача и решена.

Это, конечно, непростая техника. А описание ее еще более сложно. Фишка того, о чем я рассказываю, заключается в том, что Берновские эго-состояния превращаются в интерпсихические функции Эго.